К середине прошлого столетия иметь в своей производственной программе настоящий лимузин могла себе позволить только одна американская марка, — Cadillac. …

К середине прошлого столетия иметь в своей производственной программе настоящий лимузин могла себе позволить только одна американская марка, — Cadillac. …
Кунсткамера | АР №13 2013
Фото: Шон Дагэн, Hyman Ltd.

Кто же взвалил на себя нелегкую по тем временам задачу нарастить до нужной длины несущий кузов фордовского роскошного, но при этом довольно-таки компактного седана? Неужто сподобилась компания Hess & Eisenhardt, строившая на заказ президентские бронированные лимузины да парадные фаэтоны? Или - страшно предположить - за дело взялся сам завод-изготовитель? Ни то и ни другое; впрочем, своего происхождения машина и не скрывала, соответствующий именник имелся прямо на кузове. Взгляните на иллюстрацию рядом с заголовком: значок, напоминающий греческую букву «фи», - это на самом деле монограмма LP, которая тут же рядом и расшифровывается. «Администраторский лимузин Леманна и Петерсона», - со сдержанной гордостью сообщают белые буквы на черном фоне.

Джордж Леманн, отпрыск богатого чикагского семейства, был завзятым автогонщиком-любителем. Роберт Петерсон, со своей стороны, был механиком-профессионалом, и занимался он как раз по большей части подготовкою гоночных машин к соревнованиям, - ну и, конечно, мог подходящий нормальный автомобиль довести до состояния гоночного, если такая необходимость возникнет. Познакомились эти двое как раз в мастерской Петерсона, куда Леманн приволок на прицепе свой захандривший спортивный болид на предмет осмотра и возможного ремонта. Молодые люди, - а было им тогда обоим где-то по двадцать пять, - с удовлетворением обнаружили между собою много общего; даже машины у обоих были одинаковые, марки Lincoln Continental, только разного цвета и у Леманна поновее, а у Петерсона постарее. (Впрочем, ненамного: Lincoln Continental на тот момент стоял на производстве всего третий год.) Знакомство мало-помалу переросло в дружбу, тем более что упомянутый болид требовал постоянного внимания квалифицированного механика; как-то раз в беседе Леманн вскользь посетовал, что вот приходится иной раз прибегать к услугам профессионального шофера, а машина для этого не самая подходящая, лимузинов-то среди машин Lincoln Continental не предлагается, вообще всего две модели - открытая и закрытая; что им там на заводе, лимузин нельзя сделать, что ли?.. Сделать-то можно, только не на заводе, - задумчиво покивал Петерсон; отдельную же конвейерную нитку надо предусматривать, а спрос где?.. Вот тебе лимузин нужен, да и то иногда, сам ведь говоришь - «иной раз», а большинству и седана хватает, - мне, например. Значит - на заказ делать придется, вручную, иначе говоря; хлопот не оберешься, а на заводе им такой участок иметь невыгодно. Вот я бы, например, взялся, если уж тебе так позарез надо - давай пригоняй ко мне машинку, займусь, пожалуй… самому интересно, что получится.

Семилитровый мотор развивал 320 л.с. при 4600 оборотах в минуту. Задние фонари с самого 1961 года вкомпоновывались на машинах Lincoln Continental в узкие задние крылья, а начиная с этой модели точно так же начали поступать и с передними подфарниками
Семилитровый мотор развивал 320 л.с. при 4600 оборотах в минуту. Задние фонари с самого 1961 года вкомпоновывались на машинах Lincoln Continental в узкие задние крылья, а начиная с этой модели точно так же начали поступать и с передними подфарниками
0 / 0

«Машинку» Леманн пригнал, но не свою, а новенькую, прямо с завода. Валяй, сказал он, кудесничай, только имей в виду, что готовый автомобиль на испытания пошлют серьезные; если все пройдет как надо, будет нам с тобой контракт. Долгосрочный. Они там совсем не против иметь лимузин в производственной программе, есть смысл попробовать им с этим делом пособить…

Джордж Петерсон расстарался на славу. Первый завершенный экземпляр отправился на испытательный полигон, а он уже трудился над вторым, - больше автомобилей модели 1963 года он просто не успел сделать, сезон благополучно подошел к концу; иное дело, что модель 1964 года отличалась от предыдущей крайне незначительно. Самый первый экземпляр фордовские специалисты после тестирования передали в Белый дом, чтобы там с ним тоже ознакомились и при необходимости высказали свои пожелания, - в президентском гараже машинам марки Lincoln еще со времен Трумэна оказывалось предпочтение. Со вторым же автомобилем приключилась история совсем уж несообразная: он каким-то образом попал на телевидение в качестве главного приза популярной викторины, и тетенька, этот главный приз выигравшая, тут же продала совершенно новый лимузин первому попавшемуся торговцу подержанными машинами, взяла, так сказать, свой выигрыш деньгами. Можно себе представить, каких сумасшедших денег будет стоить этот редчайший автомобиль сейчас, - если, конечно, он уцелел и если нынешний владелец вдруг согласится с ним расстаться…

Третий по счету «администраторский лимузин» был достроен в ноябре 1963 года и являлся, таким образом, моделью уже года следующего, шестьдесят четвертого. Его вновь забрала себе корпорация Ford для дальнейших испытаний, - на сей раз имелось в виду установить, насколько он отвечает новой фордовской гарантии «на два года или 24 тысячи миль пробега, смотря по тому, что наступит первым». Соответствие гарантийным условиям было должным образом доказано, однако автомобиль остался в распоряжении концерна Ford Motor Co., - до тех самых пор, пока в августе шестьдесят четвертого не стало известно о том, что папа римский Павел VI собирается следующей осенью в Штаты окормлять свою тамошнюю паству и среди прочих американских городов намерен посетить Чикаго. Тогда машину быстренько доставили обратно в чикагские мастерские компании Lehmаnn-Peterson и попросили сделать из нее парадный открытый «папомобиль» для поездок по региону. Пришлось дополнительно усиливать кузов, лишенный крыши как важного структурного элемента, монтировать в зад­нем салоне папский «трон» с электрической подсветкой и регулировкой высоты, предусматривать подножки для охраны по бокам и сзади; короче, едва уложились в отпущенный срок, хотя над машиной не покладая рук трудилось сорок человек основного состава. Но папа остался доволен машиной, - настолько, что когда в шестьдесят восьмом он снова собрался за океан на евхаристическую конференцию в Боготе, то опять попросил предоставить себе именно это самое авто. Машину фактически надо было «папомобилизировать» заново, - так как за прошедшие годы обильный снегопад обрушил на нее крышу того ангара, в котором она хранилась, и папский салон пострадал так серьезно, что его даже не стали восстанавливать, а просто переделали автомобиль в обычный парадный фаэтон и в качестве такового время от времени использовали. Но - справились, и даже снабдили папский салон установкой кондиционирования воздуха, которой изначально не было: в Боготе климат уж явно теплее, чем в Чикаго, да и конференция проводилась летом, а не осенью.

Водительское отделение лимузина отделывалось, как и полагается, натуральной кожей; верх автомобиля покрывался винилом, который опять-таки имитировал своей текстурой кожу. Заднее окошко специально делалось очень маленьким - ради создания более приватной обстановки в пассажирском салоне. Шкала спидометра в 1965 году выполнялась горизонтальной
Водительское отделение лимузина отделывалось, как и полагается, натуральной кожей; верх автомобиля покрывался винилом, который опять-таки имитировал своей текстурой кожу. Заднее окошко специально делалось очень маленьким - ради создания более приватной обстановки в пассажирском салоне. Шкала спидометра в 1965 году выполнялась горизонтальной
Водительское отделение лимузина отделывалось, как и полагается, натуральной кожей; верх автомобиля покрывался винилом, который опять-таки имитировал своей текстурой кожу. Заднее окошко специально делалось очень маленьким - ради создания более приватной обстановки в пассажирском салоне. Шкала спидометра в 1965 году выполнялась горизонтальной
0 / 0

Лимузины от Леманна и Петерсона состоятельная американская публика приняла вполне благосклонно. Такие машины были у Роберта Кеннеди и Рональда Рейгана, у Спенсера Трейси и Аристотеля Онассиса, у Джерри Ли Льюиса и Элвиса Пресли (а уж он-то, бывший шофер-дальнобойщик, в хороших автомобилях толк понимал); даже Софи Лорен прельстилась заокеанской роскошью, а популярные музыкальные группы The Supremes и The Rolling Stones (!) всем составом приезжали в таких лимузинах на концерты и торжественно в них отбывали. Автомобиль на наших иллюстрациях тоже строился для музыканта, - его заказал себе знаменитый исполнитель Виктор Борге.

Америка - страна эмигрантов. К этим последним относился и упомянутый нами персонаж. Никакой он на самом деле был не Виктор, до вполне зрелых лет он дожил под именем, данным ему при рождении, - Борге Розенбаум; родители, оба музыканты, посадили мальчика за инструмент в двухлетнем возрасте, и к восьми годам он усовершенствовался настолько, что смог дать свой первый в жизни сольный концерт. Когда гитлеровцы оккупировали Данию, он как раз находился на гастролях в Швеции - и, по счастью, успел перебраться через шведско-финскую границу, чтобы попасть на последний американский пароход: в условиях оккупации ему с такой фамилией (и таким происхождением) было бы несдобровать. На новом месте ему тоже поначалу пришлось несладко, но довольно быстро его разглядел знаменитый Бинг Кросби - и дела его потихоньку начали поправляться. Борге, уже ставший Виктором, хорошо зарекомендовал себя в качестве концертмейстера и дирижера, и в этом качестве работал с такими грандами шоу-бизнеса, как Эд Салливэн иди Фрэнк Синатра. Но наибольшую известность он снискал себе соло, в амплуа этакого пианиста-юмориста, - отточенная исполнительская техника позволяла ему превращать в юмореску любую фортепьянную пьесу, а он по ходу исполнения своих номеров еще и шутил с публикой. Шутки у него, правда, были довольно-таки немудреные, основанные по преимуществу на его неистребимом акценте и демонстративном «незнании» английского (примерно так работал в те времена и наш незабвенный Тарапунька, вовсю эксплуатируя свой малороссийский выговор). Но публике это нравилось даже больше, чем изобретенная им самим «фонетическая пунктуация» - излагая свои простенькие истории, он расставлял все точки и запятые не интонациями, а нотами, которые брал на своем инструменте. Еще он писал и аранжировал музыку к кинокартинам, продюсировал комические эстрадные шоу и много чем еще занимался, - но широкой публике запомнился именно как «шутник за роялем».

Палевая кожа и декоративные вставки из натурального дерева ценных пород, затемненные стекла боковых окон и глухие дополнительные шторки на них, которые позволяют отгородиться от окружающей действительности полностью, изысканные осветительные плафоны, два удобных трехместных дивана лицом к лицу, - таков задний салон автомобиля. Двери, открывающиеся против хода машины, существенно облегчают пассажирам доступ на заднее сиденье
Палевая кожа и декоративные вставки из натурального дерева ценных пород, затемненные стекла боковых окон и глухие дополнительные шторки на них, которые позволяют отгородиться от окружающей действительности полностью, изысканные осветительные плафоны, два удобных трехместных дивана лицом к лицу, - таков задний салон автомобиля. Двери, открывающиеся против хода машины, существенно облегчают пассажирам доступ на заднее сиденье
Палевая кожа и декоративные вставки из натурального дерева ценных пород, затемненные стекла боковых окон и глухие дополнительные шторки на них, которые позволяют отгородиться от окружающей действительности полностью, изысканные осветительные плафоны, два удобных трехместных дивана лицом к лицу, - таков задний салон автомобиля. Двери, открывающиеся против хода машины, существенно облегчают пассажирам доступ на заднее сиденье
0 / 0

Когда маэстро Виктор Борге заказывал себе этот лимузин, ему было пятьдесят пять, - что называется, «мужчина в самом расцвете сил». По деньгам он вполне мог позволить себе и серийный Cadillac Fleetwood 75, и итальянской работы заказной Custom Imperial, но остановил свой выбор именно на машине от компании Lehmann-Peterson. Причиной тому, скорее всего, - специфическая компоновка их пассажирского салона, создававшая для его обитателей атмосферу клубную и интимную. Любой другой лимузин того времени оснащался откидными дополнительными сиденьями, обращенными, как и задний диван, вперед по ходу машины, - а на чикагских Континенталях откидных мест как таковых не было вовсе. Вместо них имели место сиденья среднего ряда, вполне стационарные и поставленные спиной к перегородке, которая разделяла салон на водительский и пассажирский отсеки. Седоки располагались на своих местах лицом к лицу, - так им удобнее было вести беседу, - и к тому же задние двери по-прежнему распахивались против хода, как на любом другом автомобиле Lincoln Continental, значительно облегчая пассажирам доступ на задний диван. Салон можно было оснастить и встроенным баром, и сейфом, и бюро, и телевизором; тот экземпляр, что обслуживал канадское посольство в Москве, имел смонтированный в полированной тумбе всеволновой радиокомбайн, - но маэстро Борге ничего этого для себя не пожелал. Пассажирский отсек его машины - это два широких удобных дивана, один напротив другого, так располагающие к дружеской беседе. Верно говорят в Америке: «Genius loves company», - гению нужно общество.

***

Роман чикагских друзей с корпорацией Ford оказался до обидного недолгим, - его не хватило и на десять лет. С начала семидесятых годов машины Lincoln Continental снова стали рамными, спрос на удлиненные лимузины снижался неуклонно; в 1970 году, изготовив последние 19 автомобилей по фордовскому контракту, компания Lehmann-Peterson приостановила свою деятельность. Меньше двух лет спустя, на тридцать пятом году жизни, скоропостижно скончался от опухоли головного мозга Джордж Леманн, и то, что осталось к этому времени от основанной им фирмы, приобрело чикагское предприятие со сходным направлением деятельности под названием Moloney Coachbuilders. Туда пригласили оставшегося не у дел Роберта Петерсона, и он, это приглашение приняв, довольно долго там проработал. Умер он в девяносто пятом.

Нет уже на свете и маэстро Борге. Он дожил до глубокой старости, успел отметить в 1999 году свое 90-летие и до самого конца не прекращал выступлений. В родном Копенгагене его именем названа городская площадь, на которой ему поставлен памятник. А машина его - вот она, перед нами.