Французские «великие классики» приказали долго жить еще перед Второй мировой войной, — все они пали жертвами биржевой катастрофы 1929 года …

Французские «великие классики» приказали долго жить еще перед Второй мировой войной, — все они пали жертвами биржевой катастрофы 1929 года …
Кунсткамера | АР №11 2013
Фото: Шон Дагэн, Hyman Ltd.

К коренным парижанам ни Жан-Мари Летурнэ, ни Жан-Артюр Маршан не относились. Оба прибыли «растиньячить», покорять столицу, из провинции, - первый из промышленного Ле-Крезо, сплошь утыканного стальными и чугунными литейнями, второй вообще из деревни на Лазурном Берегу. Встретились они и свели дружбу в кузовных мастерских достославного Анри Биндера, знаменитого каретника, только-только начавшего поставлять кузова для новомодных безлошадных колясок. Маршан выучился на кузовных дел мастера, немало походив ради этого ремесла в подмастерьях, и теперь искал применения своему новообретенному мастерству; Летурнэ еще с 1900 года работал у Биндера конструктором по кузову и превосходно себя зарекомендовал. Два честолюбивых провинциала, что называется, нашли друг друга; решение основать свой собственный кузовной дом созрело довольно быстро и 1 апреля 1905 года обрело воплощение. Друзья обосновались в помещениях обанкротившейся экипажной фирмы Desmaret на окраине Парижа, первое время работали по контракту для других, более известных кузовщиков, - таких, как Franay или Labourdette; порою перепадали заказы и от их бывшего шефа Анри Биндера, вполне уверенного в том, что бывшие работники его не подведут. Потом на продукцию молодого предприятия обратила внимание фирма Darracq, за ней стали подтягиваться и другие автопромышленники, и, наконец, частные заказчики, любители кузовов уникальных и индивидуальных. Когда началась Первая мировая война, Маршан был мобилизован в действующую армию, а предприятие переключилось на выпуск крыльев и секций фюзеляжа для военных аэропланов Morane-Saulnier.

Несмотря на правостороннее движение, многие европейские машины долгое время сохраняли «неправильное» расположение рулевого колеса. Спицы баранки напоминают проклепанные ­листовые рессоры. Старый радио­приемник до сих пор работает!

Когда вновь настал мир и Жан-Артюр Маршан вернулся с фронтов живым-здоровым, фирма возобновила свою прежнюю деятельность и даже открыла новый салон - прямо на Елисейских Полях. Понимая, что в послевоенных условиях на одних только штучных работах долго не протянешь, компаньоны запустили с 1923 года линейку малосерийных кузовов под новым брендом Autobineau; первым на новинку клюнула автомобильная фирма Delage, заказавшая сразу две тысячи таких «полуфабрикатов». Среди других клиентов были такие уважаемые марки, как Voisin, Bugatti, Panhard и Renault; на автосалонах нередко демонстрировались выставочные экземпляры на американских шасси Buick или Cadillac. Находились даже оригиналы, заказывавшие себе на фирме Letourneur et Marchand кузов французской работы для автомобиля английской аристократической марки Rolls-Royce. С 1928 года в фирму пришел художником-конструктором (по-современному говоря, «дизайнером») Летурнэ-младший, Марсель, - отец вовремя отдал его учиться этой профессии и потом отправил поработать в один именитый английский кузовной дом, чтобы молодой человек набрался практического опыта.

Послевоенную модель в этой машине с головою выдает эмблема на носу, - до войны компания Delahaye в промышленную группу GFA не входила, да и самой этой группы еще не существовало. Табличка под капотом сообщает только модель машины («тип») и заводской номер
Послевоенную модель в этой машине с головою выдает эмблема на носу, - до войны компания Delahaye в промышленную группу GFA не входила, да и самой этой группы еще не существовало. Табличка под капотом сообщает только модель машины («тип») и заводской номер
Судя по спидометру, предельная скорость машины достигает ста шестидесяти километров в час; едва ли это так на самом деле
0 / 0

Именно ему, молодому Марселю Летурнэ, выпало занять место отца, когда тот в 1944 году скончался - спустя всего несколько дней после освобождения Франции от гитлеровских полчищ. (Маршан пережил компаньона ненадолго, его не стало в сорок шестом.) Вести кузовной бизнес в кардинально изменившихся условиях послевоенной Франции оказалось делом невыносимо трудным, почти невозможным; с индивидуальными заказами практически никто не обращался, уникальные демонстрационные экземпляры, правда, время от времени подворачивались, выставочная деятельность помаленьку восстанавливалась, но прожить на них одних не получилось бы никак. Оставалась одна надежда, - на контракт с кем-нибудь из автопроизводителей на поставку целой партии кузовов, - и этой надеждой жили все уцелевшие до послевоенных времен кузовные мастерские Старого Света, не одной только Франции. Судьба оказалась благосклонной к молодому Марселю, подкинув ему такой контракт с компанией Delahaye. Образец этого сотрудничества - перед нами.

Четырехдверный седан благородных очертаний на наших иллюстрациях относится к серии 148L. По конструкции ходовой части данная серия мало чем отличалась от знаменитых довоенных автомобилей Delahaye 135, выпуск которых также был возобновлен после войны с минимальными изменениями, - те же шесть цилиндров в ряд под капотом, та же четырехступенчатая полуавтоматическая трансмиссия Cotal с электромагнитным переключением, практически те же самые подвески (независимая на спиральных пружинах спереди, зависимая на листовых полуэллиптиках сзади) и тормоза с гидроусилителем. Различия сводились главным образом к габаритным размерам, да еще карбюратор Solex на «сто сорок восьмую» ставился только один, из-за чего рядный мотор со своих 3557 см3 рабочего объема развивал всего 95 л.с.: машина считалась семейной, а не спортивной, и больше ей вроде как не требовалось.

Благодаря солидной колесной базе в три метра с хвостиком салон машины комфортабелен, вместителен — и при этом отделан богато и со вкусом: натуральное дерево, добротная ткань обивки, изящная фурнитура. Двери навешены на среднюю стойку, что существенно облегчает доступ в машину, особенно на передние места. Запасное колесо упрятано в багажник и занимает в нем довольно много мес­та; оно надежно зафиксировано ремнями
Благодаря солидной колесной базе в три метра с хвостиком салон машины комфортабелен, вместителен — и при этом отделан богато и со вкусом: натуральное дерево, добротная ткань обивки, изящная фурнитура. Двери навешены на среднюю стойку, что существенно облегчает доступ в машину, особенно на передние места. Запасное колесо упрятано в багажник и занимает в нем довольно много мес­та; оно надежно зафиксировано ремнями
Благодаря солидной колесной базе в три метра с хвостиком салон машины комфортабелен, вместителен — и при этом отделан богато и со вкусом: натуральное дерево, добротная ткань обивки, изящная фурнитура. Двери навешены на среднюю стойку, что существенно облегчает доступ в машину, особенно на передние места. Запасное колесо упрятано в багажник и занимает в нем довольно много мес­та; оно надежно зафиксировано ремнями
Благодаря солидной колесной базе в три метра с хвостиком салон машины комфортабелен, вместителен — и при этом отделан богато и со вкусом: натуральное дерево, добротная ткань обивки, изящная фурнитура. Двери навешены на среднюю стойку, что существенно облегчает доступ в машину, особенно на передние места. Запасное колесо упрятано в багажник и занимает в нем довольно много мес­та; оно надежно зафиксировано ремнями
0 / 0

В первые послевоенные годы компания Delahaye выводила на рынок - одну за другой - все новые и новые модели. Однако все они так или иначе восходили к одной и той же довоенной конструкции, удачной и по своему времени достаточно передовой, но неуклонно устаревавшей и к тому же по своей концепции не особо соответствующей изменившимся рыночным условиям. Чтобы как-то затушевать довоенное происхождение шасси, фирма старалась скрывать его под кузовами современных очертаний, которые проектировались и строились силами именитейших кузовных домов Франции; их изделия выглядели эффектно и разнообразно, однако в большинстве своем были двухдверными. Ателье Figoni & Falaschu могло сделать сногсшибательно эффектный обтекаемый родстер, компания Franay - более роскошный, но менее авангардный с виду кабриолет; наш бывший соотечественник Яков Савчик, возглавлявший основанную им парижскую мастерскую Saoutchik, мог построить комфортабельное и стильное купе, - но импозантный седан с четырьмя дверями изготовитель шасси счел возможным доверить одной только фирме Letourneur et Marchand, признавая тем самым ее многолетний опыт в создании таких кузовов.

Капот типа «бабочка» заметно ограничивает доступ в моторный отсек. Воздушный фильтр на двигателе - оригинальный, его если и промывали, то очень-очень давно
Капот типа «бабочка» заметно ограничивает доступ в моторный отсек. Воздушный фильтр на двигателе - оригинальный, его если и промывали, то очень-очень давно
0 / 0

При всех своих самоочевидных достоинствах автомобили марки Delahaye особым покупательским спросом не пользовались. Во-первых, они очень дорого стоили сами по себе; во-вторых, на чрезмерно высокую отпускную цену накладывалась еще и непомерная стоимость эксплуатации, - и не из-за расходов на ремонт и обслуживание технически сложных машин, а исключительно благодаря искусственно завышенным налогам, которыми в тогдашней Франции облагалось решительно все, что по параметрам и характеристикам своим хоть немного превосходило Citroen Traction Avant. Немудрено, что к середине пятидесятых годов босс Delahaye Шарль Вайффенбах, бессменно руливший фирмой последние пятьдесят лет (и принявший ее из рук самого основателя Эмиля Делайэ), пошел на объединение своего предприятия с конкурирующей компанией Hotchkiss, выпускавшей машины сходного плана, и после этого оба предприятия покинули рынок легковых автомобилей, чтобы сконцентрировать свои усилия на производстве военной техники - вездеходов и специальных транспортных средств. (Hotchkiss, бывший оружейный завод, при этом просто вернулся к своим, так сказать, истокам.)

***

Предприимчивый Марсель Летурнэ и здесь умудрился вывернуться из тупиковой, на первый взгляд, ситуации. Его предприятие оперативно подготовило эффектную открытую версию машины Renault Fregate, которая вообще-то предлагалась только в закрытом четырехдверном варианте, - и этот кабриолет до такой степени понравился компании Renault, что тамошнее руководство заключило с компанией Letourneur et Marchand контракт на поставку таких кузовов. Так что последовательный уход из бизнеса таких клиентов, как Hotchkiss, Delahaye и Talbot-Lago, непосредственно существованию ателье Марселя Летурнэ не угрожал. Однако уже с 1959 года под маркой Renault вышла в свет еще более современная и стильная открытая модель Floride, а еще год спустя машину Fregate сняли с производства как устарелую, - ей как раз сравнялось десять лет. Вот после этого деятельность компании Letourneur et Marchand пришлось действительно сворачивать. Еще одно великое имя стало достоянием прошлого.

Рекомендованные статьи