Махнули, но глядя. Сыграет ли ставка Red Bull на моторы Honda в Формуле-1?

Махнули, но глядя. Сыграет ли ставка Red Bull на моторы Honda в Формуле-1?
Автоспорт | 28 июня 2018
Фото: motorsport-magazin.com | команды-участницы

С 2019 года четырехкратные чемпионы Формулы-1 из Red Bull Racing переходят на моторы Honda. Какой в этом смысл и не рискует ли австрийская команда повторить печальную участь коллектива McLaren?

Начало конца победного союза с Renault

Золотой период сотрудничества Red Bull с мотористами Renault завершился одновременно с окончанием эры атмосферных двигателей V8 в 2013-м, за которую австро-французский тандем четырежды победил в чемпионате мира и выиграл почти полсотни гонок.

В принципе, мотор из Вири-Шатийона никогда не славился большой мощностью, уступая по этому показателю двигателям Mercedes и Ferrari. Главным преимуществом Renault всегда была высокая надежность и тяговитость, что хорошо сочеталось с эффективным шасси Red Bull. Так что если на прямых не хватало мощности, то «Красные быки» брали аэродинамикой машины и ходовыми характеристиками мотора в поворотах.

Однако с переходом на гибридные турбодвигатели на первый план вышла именно мощность, а отставание Renault от лидеров по этому показателю выросло аж вдвое. Если в 2011 году, когда тандем Red Bull-Renault выиграл 12 из 19 гонок, проигрыш по отношению к моторам Mercedes и Ferrari составлял около 30 л.с., то в 2014-м он вырос примерно до 75 «лошадок». Надежность и ходовые характеристики также оставляли желать лучшего — одним словом, французские мотористы провалили переход на новый регламент по всем статьям и до возращения марки Honda в Формулу-1 в 2015 году однозначно были худшими. Да, Red Bull осталась в большой тройке команд, но выигрывать отныне могла только при возникновении проблем у соперников. 

Как австрийцы поссорились с французами

Точкой невозврата для партнерских отношений Red Bull и Renault стал 2015 год, когда французские мотористы не добились за зиму обещанного прогресса, чем вывели из себя все руководство команды, включая ее владельца Дитриха Матешица. «Renault тратит не только наши деньги и время, но и убивает нашу мотивацию. Ни один гонщик и ни одно шасси не смогут компенсировать такую нехватку мощности», — заявил австрийский миллиардер в середине чемпионата.

Руководитель Red Bull Racing Кристиан Хорнер лютовал после сходов двух из четырех машин (RBR и Toro Rosso) на старте сезона-2015 в Мельбурне: «Renault сделала шаг назад. Ходовые характеристики двигателя просто никакие!» Renault в ответ раскритиковала шасси Red Bull - и после этого пошло-поехало! К осени отношения между двумя партнерами стали настолько невыносимыми, что «Красные быки» объявили о расторжении контракта. Но оказалось, что идти-то RBR некуда! Mercedes и Ferrari дали австрийцам от ворот поворот, McLaren на правах эксклюзивного партнера запретил Хонде работу с еще одной командой, новых поставщиков силовых агрегатов не предвиделось, а самостоятельно строить моторы Red Bull была не готова.

Открытый шантаж в виде угроз покинуть чемпионат мира ни к чему не привел, и только при посредничестве самого Берни Экклстоуна концерн Дитриха Матешица и Renault заключили перемирие, продолжив сотрудничество. Но главной проблемы это не решило: французские мотористы прогрессировали, однако слишком медленно, чтобы Red Bull Racing могла регулярно бороться за победы. Да, за счет нового регламента, который повысил роль аэродинамики, RBR в 2017-м удалось слегка подтянуться к лидерам и выиграть пару гонок своими силами. Но с двигателем по-прежнему была беда: по данным на конец прошлого года, мощность Renault составляла 907 л.с. — против 949 л.с. у Мерседеса и 934 л.с. у Ferrari! В плане надежности похвастать тоже было нечем: в двадцати гонках сезона-2017 на четырех пилотов из Red Bull Racing и Toro Rosso пришлось 12 сходов, которые в той или иной мере были связаны с работой мотора.

В Renault топтались на месте, а с 2016 года еще и бросили силы на возрождение заводской команды. Очевидно, что в этой ситуации «Красные Быки» были готовы уйти при первой возможности, и в конце прошлого сезона на горизонте появился такой вариант: Honda рассталась с Маклареном.

Почему у японцев не сложилось с британцами?

В день официального подтверждения контракта Red Bull Racing с Хондой в соцсетях было много злых шуток в духе «Ну все, прощай, Red Bull» и «Honda загубит еще одну славную команду». Однако никто не пошутил над Маклареном, хотя смеяться надо теперь как раз над ним — да простят меня болельщики «оранжевых». Три года в Уокинге винили японцев во всех своих бедах, рассказывая сказки о том, как плохой мотор Honda мешает реализовать преимущество одного из лучших шасси в пелотоне. Но и сейчас, после перехода на двигатели Renault, пилоты команды McLaren борются все на тех же далеких от подиума позициях. А вот их бывшие партнеры довольно уверенно прогрессируют! Шутка ли — уже в своей второй гонке без Макларена мотористы Хонды добились лучшего результата с момента своего возвращения в Формулу-1, заняв четвертое место с Toro Rosso.

Да, в провале в 2015-2017 годах были виноваты именно японцы: они допустили просчет при реализации так называемой концепции нулевого размера. Чересчур компактный турбокомпрессор не мог развивать скоростей аналогичных агрегатов стандартного размера (которые применяли Mercedes, Ferrari и Renault) — а если и развивал, то тут же выходил из строя. В результате ограничительных мер мотор-генератор MGU-K и, следовательно, вся гибридная составляющая двигателя недополучали где-то 65% мощности — примерно сотню из 160 л.с. Вдобавок пилотам постоянно мешали проблемы с перегревом блока управления электроникой, опять же связанные с излишней миниатюрностью силовой установки.

Довести до ума концепцию «нулевого размера» Honda не смогла — и в итоге отказалась от нее, к сезону-2017 построив фактически новый двигатель, более схожий по архитектуре и компоновке с моторами остальных производителей. В частности, его турбина и компрессор, как и на других двигателях, оказались разнесены по двум разным сторонам блока.

Получается, что из-за слишком смелой концепции японцы потеряли целых два сезона, поскольку на третий год после возвращения в Ф1 они де-факто были вынуждены начинать все с нуля. И это означало новые проблемы с надежностью и недочеты.

Недальновидность Макларена и расчетливость Red Bull

Даже если в 2016 году у Хонды был какой-никакой прогресс, то от шага назад с новой силовой установкой год спустя это не застраховывало, и японцы признавали, что рискуют. «Риск очень высок, поскольку нужно еще очень многое узнать о новой концепции. Потенциал у нового двигателя есть, но главная проблема в том, получится его реализовать в этом сезоне или нет», — честно сказал руководитель Honda F1 Юсуке Хасегава в начале прошлого года.

Фактически 2017-й оказался переходным для Хонды, учитывая все новые проблемы, их постепенное устранение и долгожданный прогресс в конце года. Но в Макларене этого либо не понимали, либо просто перестали верить в своих партнеров из Страны восходящего солнца. Потому что еще до прогресса в конце сезона британцы решили отказаться от Хонды и стать клиентами Renault. А японских мотористов, от которых отказалась даже слабейшая на тот момент команда Sauber, с прицелом на будущее подобрал концерн Red Bull. С испытательной площадкой в виде младшей команды Toro Rosso эта попытка была вовсе не пыткой, учитывая возможные перспективы.

Кто лучше сейчас: McLaren-Renault или Toro Rosso-Honda?

По сравнению с прошлым сезоном, с моторами Renault команда McLaren прибавила. Если в 2017 году на счету ее пилотов было всего два очка после восьми первых гонок, то сейчас их уже сорок — и три схода из-за проблем с двигателем против шести. Однако Toro Rosso с менее опытным составом пилотов, чем год назад, заработала 19 очков — всего на десять меньше по сравнению с 2017-м! При этом STR лишь один раз, в Мельбурне, потеряла машину из-за проблем c мотором, тогда как в 2017 году в восьми первых гонках было две такие поломки.

Показательно и то, что на скоростной трассе в Монреале, куда и французские, и японские мотористы привезли обновленные силовые установки, в Макларене сбросили с круга, по сравнению с прошлым годом, 0,813 секунды, а в Toro Rosso — 1,08 секунды! Так что ответ на вопрос о том, потеряла ли дочерняя команда Red Bull после перехода на Хонду больше, чем выиграл McLaren из-за ухода от японцев, выглядит не столь однозначно… 

Что есть такого у японцев, чего нет у французов?

McLaren и Red Bull Racing с разницей в пять лет пришли к сотрудничеству с Хондой по абсолютно одинаковой схеме: некогда чемпионские коллективы лишились заводской поддержки своих давних технических партнеров, после того как те (Mercedes в первом случае и Renault во втором) обзавелись собственными командами. Статус клиента в современной Формуле-1 звучит как приговор. Да, без поддержки завода можно выигрывать отдельные гонки (как Red Bull в последние годы) или хотя бы регулярно финишировать на подиуме, как Williams в начале эры гибридных моторов. Но за последние два с лишним десятилетия только одна команда сумела победить в чемпионате с клиентским двигателем — это был Brawn GP Mercedes в 2009-м. Хотя в победе коллектива Росса Брауна вообще не было никакой закономерностиэто было исключение из правил. Согласитесь, что для команды с такими серьезными амбициями, как RBR, надеяться на чудо — это не вариант.

Кто-то заметит: а когда это у Red Bull Racing был заводской статус? Да, флагманским коллективом «Красные быки» никогда не были, но после продажи 2/3 акций своей заводской команды в 2010-м компания Renault сосредоточилась именно на поддержке австрийцев. Однако пять лет спустя все вернулось на круги своя. «Мы не можем предоставить Red Bull Racing финансовую помощь и доступ к своей инфраструктуре. Приоритетом для нас является поддержка нашей команды», — говорил в 2015 году босс Renault Sport Сирил Абитбуль.

Какие «плюшки» получит Red Bull Racing от Хонды?

Детали контракта с японцами до конца не утверждены, но очевидно, что у концерна Red Bull будут шикарные условия, каких не было даже в лучшие годы партнерства с Renault. Австрийцы получат бесплатные моторы, а размер финансовых вливаний Хонды в поддержку двух команд составит, по некоторым данным, около ста миллионов долларов. Научно-исследовательский центр компании в Сакуре будет тесно взаимодействовать с инженерным подразделением Red Bull Technology в Милтон-Кинсе, рядом с которым, к слову, расположен и европейский производственный центр Honda F1.

И не будем забывать еще об одном. В отличие от Макларена, Red Bull Racing вступает уже на протоптанную тропу — вслед за своей дочерней командой, за успехами которой Матешиц со товарищи внимательно следили с первого дня ее сотрудничества с японцами.

Быстрее, выше, сильнее

В теории переходный период должен пройти гладко и быстро: у Red Bull Technology и Хонды уже есть опыт сотрудничества на примере Toro Rosso, в том числе по интеграции силовой установки. Следовательно, налажена и коммуникация, а это немаловажно при работе с японцами, трудовой менталитет которых зачастую становится серьезным препятствием для достижения успеха в тандеме с европейцами. Ну а в плане организации рабочего процесса на базах в Сакуре и Милтон-Кинсе технических и человеческих ресурсов предостаточно для одинаковой поддержки обеих команд.

Тем временем японская силовая установка становится все мощнее и надежнее. В конце прошлого года мощность Хонды составляла около 880 л.с. (на 25 «лошадей» меньше, чем у Renault), а сейчас она уже точно превысила 900-сильный рубеж, учитывая, что только модернизация на Гран При Канады позволила японцам прибавить 20 л.с. Еще столько же или даже больше было отыграно зимой. Понятно, что соперники тоже не стоят на месте, но уже сейчас Honda находится почти на одном уровне с Renault. Об этом говорит хотя бы максималка на прямых в Монреале. Если в 2017-м в квалификации машины McLaren-Honda были по этому показателю последними, то сейчас болиды Toro Rosso-Honda стали 10-м и 11-м, подняв планку с 319,6 до 325,3 км/ч. При этом быстрейшая машина с мотором Ferrari в Монреале разогналась до 329,3 км/ч, с двигателем Mercedes — до 328,1 км/ч, а с силовой установкой Renault — до 326,2 км/ч.

Чего ожидать от дуэта Red Bull-Honda в 2019 году?

«Сотрудничество с Хондой открывает новую главу в истории борьбы Red Bull Racing не только за победы в гонках, но и за чемпионство», — подчеркнул руководитель команды Кристиан Хорнер в пресс-коммюнике, посвященном заключению сделки. Об аналогичных целях заявили и в японской компании, хотя конкретные сроки стороны не обозначили. В любом случае контракт подписан на два года, так что раскачиваться будет некогда. К тому же не за горами 2021-й с новым регламентом на моторы и возможным приходом новых производителей, среди которых могут оказаться Porsche и Aston Martin. Это, к слову, об отступном пути для Red Bull Racing, если вдруг партнерство с Хондой все-таки не сработает.

Но если японские мотористы будут продолжать в том же духе, что и сейчас, то выпасть из большой тройки команд «Красные быки» в сезоне-2019 не должны. Побороться за победы на отдельных этапах у Red Bull Racing точно должно получиться — например, где-нибудь на извилистых трассах в Монако и Сингапуре. В остальном все будет зависеть от дальнейшего прогресса Хонды, в том числе и с Toro Rosso во второй половине этого года.

Интересно даже не столько то, как поедет машина Red Bull Racing с мотором Honda, а как будет работать японский мотор на машине RBR, традиционно считающейся одной из лучших в пелотоне. Ведь в конце концов тянули же редбулловцы в одиночку мотористов Renault к победам и подиумам — тогда как все остальные (Toro Rosso, McLaren, Lotus/Renault) собирали только очки. А Хонду мы пока видели в деле лишь на уровне этих команд…

Рекомендованные статьи